«У нас всё идеально. По всем показателям мы здоровы, но детей нет»

Эта фраза — начало сложного пути, который проходят пары с диагнозом «идиопатическое бесплодие».

Рассказывает репродуктивный и семейный психолог клиники "ТАНАР" - Шмуклер Мария Николаевна (Сертифицированный член Ассоциации психогенного акушерства и гинекологии, член ISPOG):

В медицине «идиопатическое бесплодие» означает, что физиологических причин нет. Но в кабинете психолога мы понимаем: причина есть, просто она спрятана глубже, чем позволяют увидеть УЗИ и анализы. (Репродуктивная система заблокирована на уровне нейроэндокринной регуляции из-за хронического стресса, вызванного внутренним конфликтом).

Случай из практики:
Пациентка, женщина 31 года, обратилась с жалобой на невозможность забеременеть. В браке около 5 лет, беременность не наступает последние два года планирования, хотя комплексные обследования не выявили патологий.
Пациентка - старший ребенок, отец ушел из семьи вскоре после ее рождения. Мать имела после этого несколько мужей, от которых рождались дети, злоупотребляла алкоголем. Оценивает мать как холодную и грубую, с низкой ответственностью, с неудавшейся личной жизнью.
Пациентка очень хочет ребенка, наблюдается сверхценное отношение к беременности (тотальный контроль цикла, отношения с супругом формальные, напряженные). Партнер не видит проблемы, считает что нужно подождать и все случится само.

Мы не лечили бесплодие. Мы работали со страхами, исследовали желания женщины и отношения с партнером.

Что мы обнаружили в ходе терапии:

Страх повторить судьбу матери, у которой не было счастливых отношений, и которая была для пациентки «плохой» матерью. Теперь она сама боится совершить ошибку, «недостаточно хорошо» справиться с ролью матери, подвергнуть ребёнка риску. Этот страх делает из материнства не естественный биологический процесс, а экзамен, который женщина боится провалить. Перфекционизм здесь выступает как форма психологической защиты: «Если я буду всё делать идеально, я не повторю ошибок матери». И тогда приходит бессознательное решение:
«Лучше не делать вообще, чем сделать неидеально».

Другой страх «не разочаровать» близких, который сформировался под давлением окружения: «Когда ты нас порадуешь?». Ситуации постоянного «напоминания» приводят к хронически повышенному уровню тревоги, чувству вины за неудачу, невозможности расслабиться и дать себе право услышать собственные желания.
Женщина постепенно становится участником гонки с одной целью - «чтобы соответствовать».

Дефицит поддержки со стороны мужа усиливает страхи пациентки. Партнер не проявляет интереса к планированию семьи, занимает позицию наблюдателя. Женщина чувствует себя одинокой: мы вместе - но не вдвоем. Это считываться организмом как сигнал: «Я не получу поддержки, ресурса для вынашивания и воспитания ребенка не хватит».

(На психофизиологическом уровне такие переживания провоцируют повышенную тревожность, усиливают хронические стрессовые реакции, нарушающие процессы овуляции, имплантации и вынашивания.)

В ходе терапии пациентка смогла отделить свои желания от чужих желаний, вернуть диалог с партнером и ценность отношений вне родительства. Работа со страхами и с установкой «на ошибки имеет право каждый» привело к снижению перинатальной тревоги и формированию нового отношения к родительству.

Терапия длилась около полутора лет, пока не наступила естественная беременность.

Иногда беременность не случается, потому что «места» в психике матери для ребенка нет. Оно заполнено страхами, виной, долгом, обидой, болью…

"Идиопатическое бесплодие" — это не приговор «неисправности». Это сигнал психики о том, что сейчас, в данных условиях, создание новой жизни кажется ей угрозой.

Если попытки забеременеть длятся больше года, а обследования упорно показывают «вы здоровы» — придите за помощью к Шмуклер Марие Николаевне.

Запись по телефону: 8(8552)20-40-20 или на нашем сайте в Личном кабинете.